orange main

Дизайнер какой-то.

Польза и лулзы. Плотнее.

Смотри картинки, нарисованные отруки. Читай дальше тексты. Листай искусство высокой фотожабы и прочий картинг.

Ещё есть сайт чепулис-точка-ру. А также есть фейсбук-страница, твиттер и шило в жопе.
pink goodsmile

25

5×5

Да, не получалось ничего писать, но всё равно, пожалуй не стоило выходить на улицу ночью. Здесь красиво — и страшно. Раньше я любил выходить в город, но это были моменты творчества, не моменты слабости. Меня обгоняют моноциклисты и летучие мыши-пешеходы, и из пакета чувств эта подавленность хуже всех. Тишина, этот вакуум удушает, как будто кто-то монтировал через жопу и даже забыл запустить микрофонную паузу. Неужели город уже не мой? Жёлтые лампы, изо рта вываливается белый пар, и я иду по переулкам, перечитывая ногами старую неровную брусчатку. Перекрёсток, розовый свет, три в тело, два в голову.

Нет, как-то это плоско всё. Как будто пол

о

Чёрт, я сбился.

orange main

Комната



Комната. Четыре стены, пол, потолок. Окно с решёткой, стена, дверь, стена, пол и потолок. Связанный, с кляпом во рту узник свернувшись калачиком спит на почти пустом полу. Рядом лежит тарелочка с уже неприлично гниющим, так и не тронутым тортом. Узнику снился сон.

Обычно в его снах было теплее. Сон снился с середины. Узник спал неспокойно, вздрагивая, когда сон поворачивал что-то про рак и писателей, время и... да не так уж и много вещей заставляли его дрожать. Сон был пугающе реалистичный, но достаточно далёкий от реальности, чтобы когда-нибудь проснуться.
 
В стекло влетел камешек. Узник поворочался, помычал и поменял сон.


coldgreen uhuh

Хороший маркетинг

В душной переговорной на седьмом этаже здания из стекла и металла сидели трое — директор и владелец сети супермаркетов «Июньмарт» Стрельников В.А, консультант по маректингу Д.Е. Вильев и копирайтер Вовка Башенный. В топлёном воздухе уже две минуты тонула пауза.

—... ты хоть понимаешь о чём ты говоришь? — Стрельников резко перешёл на ты — Это не растяжку на Невском повесить.
— Но и отдача-то какая. Бюджет в пять-шесть сотен тысяч налом, доход — за неделю годовой.
— Это жизни людей.
— Вне целевой аудитории.
— Людей.

Стрельников закурил.

— Какие цифры?
— Двадцать миллионов чистой.
— Людей блядь, людей какие цифры?
— Если всё по плану, тысячи две.
— Две тысячи человек...
— Это хороший маркетинг.

Вовке начало надоедать это совещание — рутина никогда не была его коньком.

— «Взрывные скидки в Июньмарте!». «Война с ценами!». «Сбросим бомбу — сбросим цены!» у меня ещё пятнадцать в блокно...
— Да погоди ты, ещё решение не приняли! — оборвал Вовку маркетолог.
— Приняли — голосом на полтона ниже вставил директор и затушил сигарету пальцами. 

Через неделю сайты пестрили заголовками, с трудом влезающими в экран — Эстонский Рейх объявил войну Петебургу, ввёл войска и разбомбил жилой квартал Иван-города, стремительно приближаясь к Кингисеппу. Полторы тысячи погибших. И под огромной надписью «ВОЙНА» пестрит эксклюзивный баннер: «Паникуй с Июньмартом! Трагические скидки!».



Collapse )
whiteblue — maybe

24



Закусывая дешёвым кебабом (одна капуста, блин), по небольшой, полупустой улочке старого города гулял чувак, смахивающий на бездомного. Остановился у уличных часов. На часах подоспевала полночь.

Три, два, один... ударил колокол ратуши и мимо мясоеда пронёсся велосипедист, явно превышающий допустимые (да и разумные) скорости для своего вида транспорта. Вероятно, он куда-то опаздывал.

Не сбавляя скорости, гонщик встал верхом на велик и прыгнул, вытянув вперёд руку, в надежде схватиться за что-то в воздухе. Горе-сорвиголова явно что-то не расчитал — быстро взлетев в воздух, он так же быстро влетел в плитку. Правда, намного менее грациозно.

То, что осталось от велосипедиста забирали врачи и полиция. Бомжеватый хмыкнул, пробурчал сквозь капусту «трай эгэйн» и пошёл дальше. Начался новый день, но вокруг ничего не поменялось.